Забежал сегодня к ней в больницу.
Она вчера позвонила и попросила занести таксофонную карточку.
Я неправильно тогда понял, ей операцию не то что не делали, ей даже не возьмутся её делать. Сказали, что не переживёт. Две дырки в лёгких. Вроде бы стали уменьшаться, врач говорит - можно было бы и выписать, но температура пляшет на тридцати восьми который месяц, вдобавок снова пошла кровь.
Говорит - вот, предсказывали мне, что или в тридцать два уйду в монастырь, или до тридцати трёх не доживу. Грустит. Тридцать три ей будет в марте. В монастырь осенью хотела, но не сложилось, как всегда. Вообще хотела прочь отсюда, местная экология её явно гробит, а монастырь - это сейчас по ней, точно.
За месяцы эти в больнице чего только не насмотрелась, кого только ей в палату не вкатывали... Хорошо, что до этого часто подрабатывала санитаркой, относится ко всему увиденному с подобающей смесью чёрного юмора и христианского смирения.
Больница, должен заметить, хорошая. Тёплая. Персонал с явным отпечатком интеллекта на лице. Даже чистенько. Удивительно, каким образом там так долго держится человек, фактически не имеющий работы и жилья. Ну, значит, полис старый ещё службу успел сослужить. Хуже - вот когда она выйдет, ей куда? Физическая работа исключена, вообще нагрузки - исключены. Сразу бы в какой-нибудь монастырь.
Выкарабкается - поглядим.
В том, что выкарабкается, я всё же мало сомневаюсь.