Целуя жаб.
Sep. 28th, 2011 08:49 pmМарта Кетро мимоходом написала лучшее, что я читал в связи с последними событиями. Утром с телефона прочёл - весь день хожу под впечатлением. Утащу.
Вот момент принятия решения, сдавать ли Гарри и Хогвартс. Они там ещё сомневаются, а мы-то все точно знаем, что этого нельзя, надо воевать. Но я как-то очень хорошо поняла эти сомнения изнутри: у них почти нормально, почти терпимо, почти можно приспособиться и как-то выжить, если не выделываться. А у ВДМ почти приятный голос, если на рожу не смотреть. А если сопротивляться, то это же кровь, кишки по стенам, разруха и прочие беспорядки. И уже потом, когда вроде как победили – их победа стоила этих покойников? Дешевле было бежать или тихо сидеть по углам, ожидая, что чудовище само как-нибудь сдохнет, проводить жизнь, поглаживая своих кошек, почёсывая сов и целуя жаб.
Но для них, для сказочных персонажей, не существует коктейлей, им приходится выбирать зло или добро в чистом виде, со всеми ядовитыми побочками. Зато им неизвестен слизистый вкус мутной тоски, которой перебиваются живые люди, когда не хотят ничего решать, не желают видеть, и очень, очень боятся.
Вот момент принятия решения, сдавать ли Гарри и Хогвартс. Они там ещё сомневаются, а мы-то все точно знаем, что этого нельзя, надо воевать. Но я как-то очень хорошо поняла эти сомнения изнутри: у них почти нормально, почти терпимо, почти можно приспособиться и как-то выжить, если не выделываться. А у ВДМ почти приятный голос, если на рожу не смотреть. А если сопротивляться, то это же кровь, кишки по стенам, разруха и прочие беспорядки. И уже потом, когда вроде как победили – их победа стоила этих покойников? Дешевле было бежать или тихо сидеть по углам, ожидая, что чудовище само как-нибудь сдохнет, проводить жизнь, поглаживая своих кошек, почёсывая сов и целуя жаб.
Но для них, для сказочных персонажей, не существует коктейлей, им приходится выбирать зло или добро в чистом виде, со всеми ядовитыми побочками. Зато им неизвестен слизистый вкус мутной тоски, которой перебиваются живые люди, когда не хотят ничего решать, не желают видеть, и очень, очень боятся.